Конан-варвар

Легенда, выкованная из стали и крови

«Конан-варвар» — одна из тех картин, благодаря которым героическое фэнтези стало полноценным большим кино. Вышедший в 1982 году фильм Джона Милиуса не просто познакомил широкую аудиторию с миром Роберта Говарда, но и превратил Арнольда Шварценеггера в настоящую звезду. До этого зритель знал его прежде всего как выдающегося культуриста, а после роли киммерийца стало понятно: на экране появился новый герой боевиков.

Производство картины заняло немало времени. Работа над будущей экранизацией началась ещё в середине 1970-х, сценарий и концепция неоднократно менялись, а на главную роль рассматривались разные известные актёры. В итоге выбор пал на Шварценеггера — и сегодня сложно представить кого-то другого в образе Конана. Его внешность, пластика и немногословная манера идеально подошли суровому варвару, который с детства знает цену боли, свободе и мести.

Сюжет лишь частично опирается на рассказы Роберта Говарда, но хорошо передаёт общий дух его произведений. Маленький Конан становится свидетелем гибели своего народа и смерти родителей от рук загадочного Тулса Дума — главы зловещего культа Змеи. Оказавшись в рабстве, герой проходит путь от бесправного пленника до непобедимого бойца. Освободившись, он отправляется искать человека, разрушившего его жизнь.

История Конана проста, но в ней есть всё, за что любят классическое фэнтези: древние культы, проклятые храмы, битвы, разбойники, воры, короли, колдуны и затерянные крепости. Мир Хайборийской эпохи не объясняют зрителю длинными диалогами и справками. Он просто существует — холодный, опасный, жестокий и загадочный. Это создаёт ощущение старой легенды, которую рассказывает человек, переживший множество невероятных событий.

Шварценеггер играет здесь не столько словами, сколько взглядом, телом и движением. Его Конан — не интеллигентный авантюрист и не шутник, а человек, которого жизнь буквально выковала из железа. В нём есть звериная сила, упрямство и внутренняя прямота. При этом персонаж не выглядит бездушной машиной: он способен дружить, любить, скорбеть и идти до конца ради тех, кто стал ему близок.

Джеймс Эрл Джонс в роли Тулса Дума получился отличным антагонистом. Его герой пугает не только властью и жестокостью, но и спокойствием. Он не похож на обычного киношного злодея, который постоянно кричит и размахивает оружием. Дум говорит тихо, смотрит холодно и производит впечатление человека, подчинившего себе не только собственных последователей, но и страх окружающих. Суботай и Валерия также хорошо дополняют Конана, хотя их характеры раскрыты заметно слабее главного героя.

Большую роль в атмосфере играют испанские пейзажи. Пустынные пространства, скалы, степи, древние руины и крепости выглядят убедительно и масштабно. Создатели много снимали на натуре, использовали настоящие декорации, костюмы и оружие — благодаря этому фильм до сих пор ощущается материальным. Даже там, где постановка боёв выглядит немного наивно по современным стандартам, картине веришь гораздо сильнее, чем многим современным фэнтези с обилием компьютерной графики.

Конечно, отдельные сцены успели состариться. Массовые сражения не поражают размахом, некоторые удары в поединках выглядят слишком условно, а эпизоды с гладиаторскими боями могли быть поставлены лучше. Но подобные недостатки не разрушают общее впечатление. Важнее то, что фильм обладает характером: он мрачен, нетороплив, серьёзен и не пытается развлекать зрителя бесконечными шутками.

Отдельного упоминания заслуживает музыка Бэзила Поледуриса. Его саундтрек — одна из главных причин, по которым «Конан-варвар» воспринимается как эпос. Торжественные и тревожные темы идеально передают дух древнего мира, в котором судьбы людей решаются мечом, а боги могут быть столь же безжалостны, как и сами люди. Музыка здесь не служит простым фоном, а превращает многие сцены в настоящие мифологические полотна.

На фоне версии 2011 года с Джейсоном Момоа фильм Милиуса выглядит особенно выигрышно. Ремейк может похвастаться более современными эффектами и динамикой, однако ему не хватает монументальности, атмосферы и ощущения легенды. Картина со Шварценеггером несовершенна, но в ней есть душа — то самое качество, которое невозможно заменить бюджетом и графикой.

«Конан-варвар» — обязательное кино для поклонников Арнольда Шварценеггера, классического фэнтези и старых приключенческих фильмов. Это суровая, красивая и запоминающаяся история о мести, силе, дружбе и пути человека, которому суждено стать королём.

Оценка: 9 из 10.

Первое большое приключение киммерийца

После автобиографии Арнольда Шварценеггера «Вспомнить всё» захотелось закрыть пробелы в его фильмографии. Так очередь дошла до Conan the Barbarian 1982 года — картины, с которой для многих зрителей и началась экранная история легендарного киммерийца.

Конан пришёл в кино из произведений Роберта Ирвина Говарда. Его цикл о Хайборийской эпохе устроен необычно: это не единый роман с последовательным развитием событий, а собрание отдельных приключений героя в разные годы его жизни. Сам Говард не стремился строго расставить рассказы по хронологии — прошлое Конана открывалось читателю отрывками, словно истории, услышанные у костра.

В фильме Джона Милиуса Конан ещё молод. В детстве он теряет родителей во время нападения последователей культа Змеи, которым руководит загадочный и могущественный Тулса Дум. Став рабом, затем гладиатором и воином, герой получает единственную понятную цель — найти убийцу своей семьи и отплатить ему. Однако путь к мести оказывается не прямой дорогой, а цепью странствий, случайных союзов, сражений, храмов и древних тайн.

Формально у фильма есть продолжение — Конан-разрушитель. Иногда к этой условной серии также причисляют Рыжую Соню, где Шварценеггер сыграл очень похожего персонажа, а также поздний спин-офф Кулл-завоеватель. Но именно первая лента остаётся наиболее цельной, мрачной и запоминающейся частью этой варварской киносаги.

Съёмки проходили в Испании, в том числе в окрестностях Альмерии. Создатели много работали на натуре, строили масштабные декорации и старались как можно меньше полагаться на оптические эффекты. Это чувствуется до сих пор: пустынные пейзажи, каменные крепости, храмы и суровые горы выглядят материально, а не как компьютерная декорация. Для Шварценеггера работа была тяжёлой не только актёрски, но и физически — образ Конана требовал постоянного присутствия в кадре как настоящего бойца, раба, охотника и воина.

В своё время фильм считали чрезмерно жестоким, и отдельные эпизоды подвергались сокращениям. Сегодня подобная жестокость уже не производит шокирующего впечатления: по современным меркам картина довольно сдержанна. Зато она сохраняет редкое ощущение серьёзности. Здесь варварский мир не превращён в аттракцион с бесконечными шутками и лихими трюками. Герои живут в холодной эпохе, где человеческая жизнь стоит недорого, а сила, верность и месть важнее привычной морали.

В этом же заключается и главная сложность фильма. Зрителя почти не знакомят с устройством Хайбории, её народами, государствами и законами. Мир просто существует на экране — древний, жестокий и не слишком понятный для неподготовленного человека. Конан движется к своей цели не самым коротким маршрутом, а окружающие его персонажи остаются скорее спутниками в легенде, чем героями с подробно раскрытой психологией. Из-за этого эмоционально привязаться к кому-либо непросто.

Тем не менее у Конана-варвара есть неоспоримые достоинства: выразительная фактура актёров, серьёзный подход к костюмам и декорациям, сильные реплики и великолепная музыка Бэзила Поледуриса. Шварценеггер здесь ещё не тот ироничный герой боевиков, которым он станет позднее. Он немногословен, тяжёл, прямолинеен — и именно поэтому хорошо подходит образу человека, которого жизнь выковала воина.

Не все элементы фильма выдержали проверку временем. Массовые сражения выглядят не слишком масштабно, а постановка отдельных боёв сегодня может показаться простой и недостаточно эффектной. Но для своего времени это было честное, большое и необычное фэнтези — снятое с уважением к материальному миру, мифу и образу героя.

В мир Конана мне полностью погрузиться не удалось: он остаётся слишком отстранённым и суровым. Вряд ли после фильма появится желание немедленно браться за романы или комиксы, однако продолжение посмотреть всё же интересно. Первая глава приключений киммерийца заслуживает внимания хотя бы как важная точка в карьере Шварценеггера и в истории героического фэнтези.

Сила, месть и древний миф

«Конан-варвар» Джона Милиуса — фильм, который легко недооценить, если ждать от него сложной психологической драмы или литературной точности. Это не столько экранизация в привычном смысле, сколько грандиозная варварская легенда, рассказанная языком мускулов, стали, крови и музыки. В начале 1980-х фэнтези только начинало занимать заметное место в массовом кино, и именно «Конан» показал, каким суровым, величественным и почти религиозным может быть этот жанр.

Главная удача картины — Арнольд Шварценеггер. В то время он ещё не обладал опытом, который позднее сделал его звездой боевиков, однако для Конана это оказалось преимуществом. Герою не нужны витиеватые монологи и тонкие душевные переживания: он вырос в рабстве, привык выживать и говорить поступками. Некоторая скованность Арнольда, его тяжёлая пластика, редкие реплики и прямой взгляд создают убедительный образ человека, которого буквально выковали из железа и ненависти. Знаменитый ответ Конана на вопрос о лучшем в жизни звучит грубо, но в контексте мира фильма воспринимается как философия воина.

Милиус не пытается сделать Хайборию реалистичной в бытовом смысле. Его мир существует по законам старинного предания: здесь змеепоклонники правят людьми, воры становятся верными спутниками, а любовь и дружба проверяются смертью. Саботай и Акиро нужны истории не ради глубоких характеров, а как часть похода героя; Валерия придаёт повествованию редкое человеческое тепло. Тулса Дум в исполнении Джеймса Эрла Джонса остаётся одним из самых запоминающихся злодеев жанра — спокойным, властным и почти гипнотическим. Макс фон Сюдов же появляется ненадолго, но придаёт происходящему дополнительную мифологическую весомость.

Отдельного восхищения заслуживают визуальный облик и музыка. Испанские ландшафты, древние руины, храмы и крепости создают ощущение мира, который существовал задолго до зрителя и продолжит существовать после финальных титров. А партитура Бэзила Поледуриса превращает многие сцены в настоящий героический эпос. Хоры, медные духовые и тревожные оркестровые темы не просто сопровождают действие — они рассказывают историю наравне с героями.

«Конан-варвар» может показаться простым и даже наивным, но в этом его особая сила. Это кино без цинизма: большое, мрачное, искреннее и монументальное, словно древняя фреска о рождении воина.

9 из 10.