Блудный сын

Сын своего отца

После множества сезонов «Мыслить как преступник» и мрачного «Охотника за разумом» легко решить, что тема профайлеров уже сказала всё, что могла. «Блудный сын» доказывает обратное — хотя делает это не столько свежими расследованиями, сколько историей одной крайне неблагополучной семьи.

Малкольм Брайт — бывший профайлер ФБР, а ныне консультант нью-йоркской полиции. Он быстро считывает преступников, почти мгновенно собирает психологические портреты и находит решения там, где остальные только начинают просматривать папки с материалами дела. Но его исключительная способность понимать убийц появилась не на пустом месте. Малкольм вырос рядом с человеком, которого вся страна знает как Хирурга, — блестящим врачом и жестоким серийным убийцей Мартином Уитли.

Поэтому преступления недели остаются лишь фоном для главной драмы. На протяжении двух сезонов Брайт пытается справиться с последствиями собственного детства, паническими атаками, бессонницей и мучительным страхом однажды оказаться похожим на отца. При этом ему не дают спокойно жить оба родителя. Его мать Джессика, блистательно сыгранная Беллами Янг, контролирует жизнь сына с привычной светской улыбкой и уверенностью, что всё делает исключительно ради семьи. Но ещё более тревожным выглядит Мартин: даже находясь в психиатрической клинике, он умудряется влиять на Малкольма, вмешиваться в его решения и превращать отцовскую заботу в форму манипуляции.

Самый парадоксальный элемент сериала — именно образ Хирурга. Обычно экранный маньяк должен вызывать отвращение или страх, но Мартин Уитли обаятелен, остроумен, внимателен к близким и почти трогательно привязан к детям. Из-за этого его диагноз кажется намеренно размытым. Трудно совместить в одном человеке любящего отца и убийцу, чьи преступления изучают будущие агенты ФБР. Порой Уитли воспринимается скорее как эксцентричный и опасный интеллектуал, случайно оказавшийся за решёткой, чем как чудовище из криминальных хроник.

Впрочем, такая двойственность работает прежде всего благодаря Майклу Шину. Его герой с первого появления становится центром любой сцены: он одновременно пугает, смешит и вызывает почти противоестественную симпатию. На его фоне даже главный герой временами уходит в тень — и это, пожалуй, главный недостаток и главное удовольствие «Блудного сына».

В остальном сериал не особенно стремится ломать правила жанра. Здесь есть типовые убийства, команда полицейских с привычным набором характеров, ночной Нью-Йорк, погони, допросы и обязательные неожиданные детали в финале расследования. Но процедурал держится не на оригинальности дел, а на нервной, странной и болезненно увлекательной связи сына с отцом. Именно ради очередного разговора Малкольма и Мартина хочется включать следующую серию.

Думать как сын серийного убийцы

«Блудный сын» использует знакомую формулу: почти каждый эпизод посвящён новому преступлению, которое расследует команда полиции. Однако за привычной оболочкой процедурала скрывается более личная история — отношения профайлера Малкольма Брайта с его отцом Мартином Уитли, знаменитым хирургом и серийным убийцей.

Сын пытается ловить преступников, потому что слишком хорошо понимает ход их мыслей. Отец же не оставляет попыток вернуть его в свою жизнь — пусть даже через телефонные разговоры из тюремной камеры, психологические игры и напоминания о прошлом. Вокруг этой связи и строится главный интерес сериала. Каждое расследование понемногу приближает зрителя не только к очередному убийце, но и к семейным секретам Брайтов.

При этом авторы сознательно играют с узнаваемыми образами. Здесь легко заметить мотивы «Молчания ягнят», «Охотника за разумом», «Мыслить как преступник» и классических историй о травмах, передающихся от родителей к детям. Сюжет о ребёнке маньяка, который боится стать похожим на родителя, давно не нов. Вопросы о природе зла, наследственности, вине и ответственности тоже не впервые звучат на экране.

Но «Блудный сын» не пытается скрывать вторичность. Напротив, сериал словно получает удовольствие от жанровых штампов. Он может быть тревожным и почти готическим, а через несколько минут — ироничным, ярким и даже неожиданно весёлым. На фоне сцен преступлений звучит бодрая музыка, персонажи обмениваются колкими репликами, а мрачные семейные разговоры порой превращаются в странную чёрную комедию. Благодаря этому сериал не выглядит исключительно тяжёлым, хотя в его основе лежат темы насилия, психических травм и страха перед собственными темными сторонами.

Главная интрига здесь заключается не столько в вопросе «кто убийца?», сколько в постоянной неуверенности зрителя. Насколько хорошо Малкольм помнит своё детство? Всё ли было именно так, как рассказывали газеты и телевидение? Что на самом деле происходило в доме Уитли? И можно ли доверять человеку, который всю жизнь строит отношения с окружающими как сложную хирургическую операцию?

Сериал сначала создаёт ощущение простой игры: есть преступление, есть улики, есть команда следователей и талантливый профайлер, который обязательно найдёт ответ. Но постепенно правила меняются. Оказывается, зрителю показывали не всю доску, а герои могут быть не теми, кем кажутся. Авторы умело подбрасывают ложные следы, заставляют подозревать случайных персонажей и время от времени переворачивают привычный порядок вещей.

Конечно, не каждый сюжетный поворот одинаково убедителен, а отдельные расследования иногда уступают по интересу основной семейной линии. Однако именно сочетание полицейского процедурала, психологического триллера и почти гротескной драмы делает «Блудного сына» увлекательным. Это сериал, который берёт давно знакомые ингредиенты, смешивает их с мрачным юмором и подаёт в эффектной, слегка безумной форме.

Финальные эпизоды особенно хорошо показывают, что зритель всё это время участвовал не в спокойной партии с предсказуемым исходом. И когда кажется, что разгадка уже найдена, история делает очередной ход — не всегда идеальный, но достаточно дерзкий, чтобы захотелось увидеть продолжение.

Второй сезон «Блудного сына»: слишком много идей для одного сериала

Во втором сезоне «Блудный сын» словно пытается вобрать в себя всё, что зрители любят в криминальных драмах. Здесь есть эффектные убийства, психопаты разных мастей, медицинские подробности, семейные тайны, странные отношения между родственниками и знакомые лица из других популярных телепроектов. Порой сериал выглядит как собрание отсылок и жанровых приёмов, использованных с разной степенью очевидности.

Первый сезон держался на интриге и своеобразной мрачной атмосфере. История Малкольма Брайта — профайлера, который является сыном серийного убийцы, — обладала необходимой загадочностью. Его внутренние демоны, отношения с отцом и постоянный страх унаследовать чужую тьму создавали напряжение. Во втором сезоне эта дымка частично исчезает: авторы всё чаще переходят к привычной схеме полицейского процедурала, где каждую неделю нужно раскрыть очередное преступление.

Именно здесь проявляется главная проблема шоу. Отдельные расследования не всегда способны удивить: многие ходы, типажи преступников и неожиданные развязки уже не раз встречались в других сериалах. При этом эпизоды продолжительностью около сорока минут вынуждены одновременно рассказывать о новом деле и двигать основную сюжетную линию. В результате ни расследования, ни психологические конфликты порой не получают достаточно времени для полноценного развития.

Не слишком помогает и главный герой. Малкольм задуман как сложный, травмированный и неординарный персонаж, но его экранной харизмы не всегда хватает, чтобы удерживать на себе внимание. Особенно заметно это на фоне второстепенных героев. Его отец Мартин Уитли, мать Джессика, сестра Эйнсли, полицейские коллеги — почти каждый из них выглядит ярче, живее и интереснее самого центрального персонажа. Даже когда им дают меньше экранного времени, они успевают оставить более сильное впечатление.

При этом второй сезон нельзя назвать однозначно провальным. В нём хватает удачных сцен, психоделических образов и попыток показать, как герои блуждают не только по мрачным улицам Нью-Йорка, но и по закоулкам собственного сознания. Реальность здесь нередко смешивается с кошмарами, галлюцинациями и психологическими провалами. Однако сериал не стремится по-настоящему разобраться с природой зла или исцелить своих персонажей. Скорее он использует безумие, насилие и травмы как эффектный крючок для зрителя.

В этом «Блудный сын» немного напоминает другие стильные криминальные сериалы, где зло осуждается лишь на словах, а на деле становится главным эстетическим аттракционом. Смотреть на него интересно, потому что он мрачный, яркий и местами безумный. Но за внешней эффектностью не всегда находится достаточно глубокое содержание.

Потенциал у проекта, безусловно, был огромный. Из истории семьи Уитли можно было вырастить ещё несколько сезонов, развить линии второстепенных персонажей или даже сделать спин-офф. Тем для этого достаточно: наследственная жестокость, психология преступников, семейная зависимость, чувство вины и страх повторить судьбу родителей. Но со временем сериал начинает казаться выработанной скважиной: авторы продолжают добывать знакомые идеи, хотя самые сильные из них уже были использованы.

Второй сезон окончательно показывает, чем стал «Блудный сын»: не новым словом в жанре, а достаточно увлекательным, но неровным криминальным шоу с отличными второстепенными персонажами и не до конца реализованным главным героем. Прощаться с ним немного жаль, но, возможно, история действительно подошла к той точке, где продолжение стало бы скорее повторением, чем развитием.